Петух-защитник

Символ Нового, 2017 года - огненный петух

Символ Нового, 2017 года – огненный петух

Наша семья всегда держала большое количество домашних животных. Коровы-кормилицы были в обязательном порядке – это и молоко каждый день, и хорошие запасы мяса на зиму, и большое количество удобрений в виде навоза для большого огорода. Обычно по весне брали пару поросят – ведь из одной говядины хороших пельменей не приготовишь. Почти всегда были овцы – своя шерсть всегда была нужна, а баранина также являлась обязательным ингредиентом для тех же пельменей. И, конечно, всегда были куры.
Одно время возглавлял куриное стадо большой и красивый петух. В его окраске наличествовали, наверное, все известные в природе краски. Чувствовалось, что этим он неимоверно гордился, нраву был весьма скверного. Обычно поутру мать рассыпала во дворе несколько горстей зерна, все куры склевывали зернышки, а он ходил кругами вокруг своих подопечных и, склоняя голову то в одну, то в другую сторону, следил, чтобы у его курочек никто ничего не отобрал.
После этого он выводил все поголовье на улицу и отслеживал их неспешное кормление зеленью. Убедившись, что все в порядке, он начинал оглядывать окрестности. Напротив нашего дома за дорогой была река, а направо и налево тянулись также же деревенские дома. Заметив, что в какой-либо стороне метров за пятьдесят, а то и за сто виднеется такое же куриное стадо во главе с их предводителем, он стремительно бросался бежать в ту сторону.
Поначалу тамошние петухи не могли сообразить, что от них хочет этот прибежавший коллега, и первые секунды недоуменно взирали на него. Но наш петух с разбега кидался на противников, сшибал их с ног и остервенело клевал, стараясь попасть в гребень. Как известно, последний у петухов является не только предметом украшения, но и показателем занимаемого положения. Чем выше и роскошнее гребень, тем увереннее и заносчивее ведет себя его хозяин. Повредить гребень – значит унизить этого петуха до уровня какого-нибудь неоперившегося цыпленка.
Видимо, в нашем петухе были какие-то бойцовские гены, потому что из всех подобных битв он выходил победителем. Как правило, побежденный с позором убегал в подворотню, а наш боец, для приличия потоптав парочку чужих кур, важно и неторопливо возвращался в родные пенаты.
Свои курочки встречали его как покрытого славой трибуна после разгрома варваров и старались всячески ублажить. После этого случая ни один из соседских петухов уже не дожидался спокойно приближения такой грозной силы, а просто при его виде бросался под защиту родных ворот.
Спуска наш петух не давал никому, в том числе мне. В ту пору я учился в младших классах, видимо, этот гад не видел во мне достойного соперника и чинил всякие препоны. Особенно ему нравилось клевать меня в колени. Поэтому обычно перед выходом на улицу я из-за приотворенной двери осматривал с крыльца двор, и если этого красавца поблизости не наблюдалось, то я бегом устремлялся к воротам. Ну, а на улице уже было место для маневра. Правда, не всегда удавалось успешно преодолеть опасные метры.
К чести нашего петуха надо уточнить, что он все же признавал во мне своего человека, которого никому (кроме его самого) не позволено безнаказанно обижать. Помнится, был один такой случай.
Дорога возле нашего дома была своего рода магистралью местного значения. По ней постоянно передвигались люди и машины то в другие населенные пункты, то на лесные делянки и покосы. Я откуда-то возвращался домой и мне попался навстречу местный пастух Антон Полетай. Он жил на отшибе от села в паре километров выше по течению. Рядом с его домом располагалось несколько полей, на которых обычно летом пасли телят. Их завозили по весне, нанимали для охраны и пригляда Антона, и забирали только осенью.
Для него это было очень удобно. Вышел утром по нужде – и ты уже на работе. Открыл летний загон, выпустил телят и практически весь день свободен. Надо только вечером найти их и загнать обратно. Сейчас здесь никого не пасут, все поля заросли высокой травой, и уже который год на этом месте проводится областной турнир косарей.
Как я уже сказал, днем Антону Полетаю заняться было нечем. Но он находил занятие. В этот раз, по всем приметам, он возвращался из магазина с бутылкой. И не один, а с собакой, наверное, чтобы не скучно было. Собака вдруг зарычала, бросилась на меня, укусить не укусила, но крепко схватила за штанину и стала трепать ее.
Откуда-то появился наш Петя, накинулся на собаку и начал клевать ее в голову. Надо сказать, что псина была не такая уже маленькая, какая-то помесь с овчаркой (болонок в деревне не держали), тем не менее, натиска не выдержала, взвизгнула и, поджав хвост, бросилась прочь. Петух склонил голову, оценил мое душевное и физическое состояние, убедился, что мне больше ничего не грозит, и важно направился к дому.
Однажды Петя пропал. Обычно по вечерам куры забираются на насест. Летом это были несколько жердей, прикрепленных под крышей возле сарая. Часть кур размещалась и на самом сарае, где у них были гнезда. Петух обычно располагался на жердях во дворе. Но в один вечер он там не появился. Не было его и на сарае.
Мать забеспокоилась, рассказала отцу, они вместе проверили все возможные места обитания, но петуха так и не нашли. Бродить в такое время он нигде не мог. Куры даже в потемках ничего не видят, не говоря уже о ночных часах. «Белых» ночей на юге Свердловской области не бывает.
Не было его и на следующий день. Начали думать, что его задавила какая-то собака, мало ли их шастает без привязи. Но к концу второго дня Петя объявился, и не один, а с белой в рыжую крапинку наседкой и целым выводком цыплят. Часто бывает, что куры высиживают цыплят не в каком-то давно известном и хорошо оборудованном гнезде, а в таком укромном местечке, на которое не сразу-то и подумаешь. Один раз мы нашли такое гнездовище в лопухах между сараем и забором.
Откуда появился этот выводок, в тот раз так и не выяснили. Было ясно одно, что Пете стало известно о рождении его детишек, он сутки охранял вылупившихся цыплят возле гнезда, а потом привел их в родной дом.
Примерно недели через две-три я нашел то гнездовище, находящееся примерно метрах в ста от нашего дома. Рядом с нами находился конный двор, а за ним тянулся заросший лопухами и коноплей пустырь. Кстати говоря, никаких злоупотреблений с коноплей тогда не знали. Во-первых, потому что на Урале растет совсем не «та» конопля, во-вторых, никому это было не надо. В царские времена ее мяли, пряли суровые нитки, из которых изготовляли веревки и мешки.
Заросли конопли хорошо подходили для детских игр. И во время одной из них я наткнулся на обихоженную ямку, в которой лежало множество яичных скорлупок. Курица приходила на двор только поесть, а все остальное время проводила в этих кустах, которые редко кто посещал.
Еще одним достоинством нашего Пети были несомненные вокальные данные. В жаркие летние месяцы пацаны моего возраста любили ночевать на сараях. Обычно на остатки сена стелили матрац,  простынку и одеяло. Последнее было необходимо поутру, когда жара спадала и наступала прохлада. Вечером здесь хорошо засыпалось, а утром сладко спалось.
Правда, утренний сон всегда нарушала ранняя деревенская перекличка. Спишь себе, спишь, а тут порой прямо над головой раздается громкое «кукареку». Наш Петя начинал одним из первых, звонко вытягивая свою «партию». Затем клич подхватывал его постоянный соперник, живший неподалеку, и далее откликались уже по всему селу.
Шел этакий обмен мнениями – все ли целы, все ли в порядке, а вдруг кого утащила лиса? А раз ночь прошла спокойно и без эксцессов, то пора готовиться к новому дню. На мой взгляд, наш Петя пел лучше и красивее всех, без всякой хрипоты и дребезжания.
Между прочим, петухи поют в одно и то же время зимой и летом. Смена времен года на них совершенно не влияет, так же как и переход с зимнего на летнее время и обратно. Голос каждого из них индивидуален, я в таком случае обычно согласен с Макаром Нагульновым из «Поднятой целины» и Шолоховым на 100 процентов.
Вот что говорится об этом в романе. «Все петухи в Гремячем Логу были на редкость,  прямо-таки на удивление разноголосы. Начиная с полуночи, перекличку открывал раньше всех просыпавшийся петух Любишкиных. Он голосил веселым, заливистым тенором, как молодой и старательный по службе командир роты; ему солидным, полковничьим баритоном отзывался петух со двора Агафона Дубцова; затем минут пять над хутором висел сплошной, непрекращающийся крик, а уж после всех, громко бормоча спросонок и мощно хлопая на насесте крыльями, генеральским сиплым бесом, с командной хрипотцой и надсадцем в голосе оглушительно ревел самый старый в хуторе, рыжий и дебелый петух Майданниковых».
А я до сих с некоторой грустью вспоминаю нашего красивого и боевого Петю. Ведь как было приятно сквозь сон слушать этот петушиный перезвон, зная, что можно еще немного вздремнуть и не думать пока о предстоящих дневных заботах. Ведь их всех все равно не переделаешь.
Михаил КУЛЕШОВ.

Добавить комментарий

Ваш адрес электронной почты не будет опубликован.

*